Образы и их смысловые понятия
Страница 5

Технология мышления » Образы и их смысловые понятия

Здесь также возникает аналогия с поведением животных (млекопитающих) – большую часть смысловых понятий (образов) они тоже получают в своем раннем детстве. Сравните: кошка специально приносит своим котятам задушенных, а потом и полуживых мышей, чтобы показать им как выглядит в действительности их естественная пища, хотя такие знания у котят наверняка есть в наследственной памяти в виде зрительных, обонятельных, осязательных, вкусовых и слуховых образов. Точно так же, как есть в их базовой памяти и общий логический образ их самих. По этой причине кошки без труда отличают (на расстоянии) себе подобных от других видов животных, а собственное отражение в зеркале они воспринимают довольно спокойно и понимают, что это их собственное отражение, а не другая реальная кошка.

Типично и поведение животных, если они что-то не понимают или сомневаются в чем-то. Они, так же как и люди, переходят от анализа зрительных образов к полномасштабным сравнениям конкретных, реальных образов объекта со своими врожденными или приобретенными образами, хранящимися в их памяти. Они начинают исследовать незнакомый или непонятный объект, обнюхивать его, трогать лапами, пробовать на вкус .

Вышеприведенный пример с восприятием смысловых образов в виде бесспорных аксиом, усвоенных еще с молоком матери и в более поздних периодах жизни ребенка, подростка, взрослого человека, недвусмысленно указывает на то, что именно наш чувственный опыт лежит в основе всей нашей сложной системы знаний, стереотипов понимания и поведения. И именно к этим базовым знаниям мы обращаемся, когда нужно объяснить себе или другим какие-то более сложные, более абстрактные или чисто умозрительные понятия. На этой же особенности нашего сознания основан широко распространенный прием объяснения сложных понятий через простые, а также приведение в виде иллюстраций к таким объяснениям конкретных примеров, сравнений, рисунков или аналогий. Если же идти от противного и предположить, что любые наши образы и их понятия недостоверны, неочевидны и нуждаются в строгих доказательствах, то мы придем к абсурдной ситуации, и вся наша довольно стройная система знаний рухнет в один момент. Очень быстро в ходе такого “эксперимента” мы запутаемся в обоснованиях и доказательствах[61], ибо они будут не объяснять реально существующий мир, а умножать вопросы типа: “А откуда это известно?”, “Кто это смог доказать и каким образом?”, “Почему я этому должен верить на слово?” и т.п.

Очень хорошо этот момент иллюстрирует геометрия Евклида (та самая, которую мы изучали в школе) – в ее основе лежат всего пять аксиом[62], которые были приняты без доказательств, как очевидные и не нуждающиеся в таких доказательствах. На основе этих пяти аксиом построена вся геометрия с ее многочисленными логическими построениями, выводами, леммами и теоремами. Если же подвергнуть сомнению хотя бы одну исходную аксиому, то в итоге мы получим уже не геометрию Евклида, а какую-то другую, например, геометрию Лобачевского, в которой параллельные прямые пересекаются, а сумма углов в треугольнике не равна двум прямым углам . То же самое можно сказать и о других областях знания, основанных на многократно проверенном опыте и логических выводах из него, в отличии, например, от оккультных “наук” (эзотерическое знание), которые вообще никакими обоснованиями или доказательствами себя не утруждают.

Подобный подход, когда всё и вся подвергается сомнениям, часто – надуманным, типичен для философии. Это едва ли не единственная область знания, где существует столь сильное расхождение во взглядах даже по поводу основополагающих вопросов или проблем, мнения по этим вопросам нередко полярны, а выводы – взаимоисключающи. Нужно, конечно, отдать должное пытливому и критическому уму мыслителей-философов, однако когда начинает подвергать деструктивным сомнениям самый что ни на есть очевидный и миллиарды (!) раз проверенный опыт людей, то такой подход не объясняет Природы, а только порождает массу казуистических и принципиально неразрешимых проблем. Например, если всерьез подвергается сомнению сам факт существования реального объекта (предмета, явления, мира) и считается, что этот объект существует только лишь в ощущениях (сознании) человека, а вовсе не на самом деле, и то лишь в виде его субъективного, сугубо личного и индивидуального восприятия, то тем самым мы лишаемся тех необходимых аксиом, основ нашего знания и мироощущения, без которых весь мир превращается в хаос. Квинтэссенция такого подхода может быть выражена известным афоризмом Сократа: “Я знаю, что ничего не знаю”. Парадокс этого афоризма в том, что он изначально содержит в себе взаимоисключающие выводы:

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7


Первичные гипотезы о причинах трудностей развития ребенка
Признаками, свидетельствующими о переживании семьей данного нормативного кризиса, являются: □ рост напряжения в детско-родительской подсистеме, выражающийся в периодическом возникновении конфликтов, взаимных обидах и претензиях, упреках; □ проблемное поведение подростка (агрессивное поведение, побеги из дома, алкоголизм, н ...

Педагогическое общение
Педагогическое общение – специфическая форма общения, имеющая свои особенности, и в то же время подчиняющаяся общим психологическим закономерностям, присущим общению как форме взаимодействия человека с другими людьми, включающей коммуникативный, интерактивный и перцептивный компоненты. Педагогическое общение - совокупность средств и ме ...

Развитие психологических знаний Р. Декартом
Наряду с рациональной интуицией основным методом проверки достоверности полученных знаний Декарт провозгласил дедукцию (метод доказательств от общего к частному). При этом интуитивное знание, порожденное естественным светом разума, благодаря своей простоте более достоверно, чем сама дедукция. Мы можем, например, интуитивно мгновенно пос ...